Жизнь и смерть. Глава восьмая (часть вторая)

8. Порт Анджелес

(часть вторая)

К нам подошел официант, и на его лице читалось ожидание, быстро сменившееся благоговением. Что бы ни сказал ему администратор, он явно преуменьшил.

– Здравствуйте, – поприветствовал нас он. Удивление сделало его голос монотонным, реплики казались машинальными. – Меня зовут Сэл, сегодня я буду вас обслуживать. Принести вам что-нибудь выпить?

Как и администратор, он не сводил глаз с Эдит.


 

– Бо? – поторопила меня она.

– Э… кока-колу?

С тем же успехом я мог бы и промолчать. Официант продолжал пялиться на Эдит. Она ухмыльнулась мне и повернулась к нему.

– Две колы, – сказала она и, как будто в качестве эксперимента, широко улыбнулась прямо ему в лицо, показав ямочки.

Парень прямо-таки зашатался, словно собирался повалиться на пол.

Эдит сжала губы, сдерживая смех. Официант помотал головой и моргнул, пытаясь снова сориентироваться. Я сочувственно наблюдал за ним. Уж я-то знал, что он чувствует.

– И меню? – добавила она, когда он не двинулся с места.

– Да, конечно, сейчас всё принесу, – и он скрылся, все еще качая головой.

– Ты действительно не замечала этого раньше? – спросил я.

– Мне уже давно нет дела до того, что обо мне думают, – сказала Эдит. – И обычно я так часто не улыбаюсь.

– Наверное, так безопаснее – для всех.

– Для всех, кроме тебя. Обсудим то, что сегодня случилось?

– А?

– Как тебя чуть не убили. Или ты уже забыл?

– О… – вообще-то и правда забыл.

Она нахмурилась:

– Как ты себя чувствуешь?

– Что ты имеешь в виду? – я надеялся, что она не включит свои гипнотические глаза и не заставит меня рассказать правду, поскольку сейчас я чувствовал… эйфорию. Эдит была здесь, со мной, по собственному желанию, а мне удалось дотронуться до ее руки и, вероятно, предстоит провести в ее компании еще несколько часов, раз уж она пообещала отвезти меня домой. Никогда прежде я не чувствовал одновременно такого счастья и такого смятения.

 – Может быть, тебе холодно, кружится голова, тошнит?..

То, как она перечисляла симптомы, напомнило мне осмотр у врача. И мне не было холодно, я не чувствовал тошноты… или головокружения в медицинском смысле этого слова.

– А должно?

Она засмеялась:

– Я пытаюсь выяснить, не собираешься ли ты впасть в шоковое состояние, – призналась она. – Я видела, как это случалось и по менее серьезному поводу.

– О. Нет, кажется, я в порядке, – честно говоря, то, что меня чуть не убили, было не самым интересным из случившегося со мной сегодня вечером, и я об этом не очень-то и думал.

– И всё же я буду себя чувствовать намного лучше, когда ты что-нибудь съешь.

Как по сигналу, перед нами возник официант с напитками и корзинкой хлебных палочек. Повернувшись ко мне спиной, он поставил их на стол и вручил Эдит меню. Больше не экспериментируя на людях, на этот раз она едва взглянула на него и молча подтолкнула меню в мою сторону.

Он нервно кашлянул.

– У нас есть несколько фирменных блюд. Э… равиоли с грибами и…

– Отлично, – прервал его я – мне было все равно, что принесут… меньше всего я сейчас думал о еде. – Их и закажу.  

Я сказал это несколько громче положенного, но не был уверен, что он вообще сознает моё присутствие.

Наконец он бросил на меня удивленный взгляд, после чего снова переключил внимание на Эдит:

– А для вас?..

– Это все, что нам нужно. Спасибо.

Кто бы сомневался.

Он помедлил секунду-другую – как мне показалось, в надежде на еще одну улыбку. Бедняга. Эдит так и не отвела взгляда от меня, тогда он сдался и ушел.

– Пей, – сказала Эдит. Это прозвучало как приказ.

Послушно сделав глоток, затем еще один, побольше, я с удивлением обнаружил, что и в самом деле чувствую сильную жажду. Не успел оглянуться, как выпил все до дна, а Эдит подтолкнула ко мне свой стакан.

– Спасибо, не надо, – сказал я.

Я не собираюсь это пить, – сказала она, и в ее тоне ясно прозвучало: «само собой».

– Точно, – сказал я и, поскольку действительно все еще не напился, опустошил и стакан Эдит.

– Спасибо, – пробормотал я, а слово, о котором мне не хотелось думать, опять завертелось в моих мыслях. Холод от напитка разлился в груди, и мне пришлось подавить дрожь.

– Тебе холодно? – спросила Эдит уже серьезно. Снова как врач.

– Это просто из-за колы, – объяснил я, сдерживая озноб.

– У тебя что, нет куртки?

– Есть, – я автоматически похлопал по пустому сиденью рядом. – О… я оставил ее в машине Джереми, – дошло до меня. Я пожал плечами и все-таки задрожал.

Эдит начала развязывать свой шарф цвета слоновой кости. Меня вдруг осенило, что я никогда не уделял особого внимания ее одежде. Удалось припомнить только черное платье из моего кошмара… Но, хоть я и не вникал в детали, однако знал всё же, что наяву она всегда носит светлое. Так и сегодня – на ней была светло-серая кожаная курточка, короткая, как у мотоциклиста, и тонкая белая водолазка. От мысли о том, что обычно Эдит предпочитает закрывать свою кожу, я невольно вернулся к воспоминанию о глубоком декольте черного платья из кошмара, и это стало ошибкой. По шее начало расползаться теплое пятно.

— Вот, – сказала она, бросая мне шарф.

Я подвинул его обратно:

– Со мной действительно все хорошо.

Она склонила голову к плечу:

– У тебя на затылке волосы дыбом, Бо, – заявила она. – И шарф не женский, если тебя это волнует. Я стащила его у Арчи.

– Мне он не нужен, – настаивал я.

– Хорошо, в багажнике есть куртка Рояла. Я сейчас…

Она начала подниматься, а я потянулся к ней, пытаясь схватить ее за руку и удержать на месте. Эдит уклонилась от моего прикосновения, убрав руки под стол, но не встала.

– Не уходи, – тихо попросил я. Я знал, что говорю слишком настойчиво, ведь она собиралась всего лишь выйти на минутку к машине, а не исчезнуть навсегда… но не смог заставить свой голос звучать нормально. – Я надену шарф. Видишь?

Я схватил шарф со стола – он был очень мягким и вовсе не теплым, как можно было ожидать от вещи, которую только что носили, – и принялся накручивать его вокруг шеи. Кажется, я никогда не носил шарфов, поэтому просто обматывался им, пока ткань не закончилась. По крайней мере, он скроет покрасневшую шею. Может, мне и в самом деле следует купить себе шарф.

От него исходил знакомый восхитительный аромат. До меня дошло, что такой же запах царит и в «вольво». Должно быть, так пахнет Эдит.

– Я правильно его завязал? – спросил я. Мягкая пряжа уже грела мою кожу, это действительно помогло.

– Тебе идет, – сказала Эдит, но затем рассмеялась, из чего я сделал вывод, что ответ был отрицательным.

– Ты часто воруешь вещи у… ээ… Арчи?

Она пожала плечами:

– У него самый лучший вкус.

– Ты так и не рассказала мне о своей семье. В тот день мы не успели…

Неужели это было только в четверг? Казалось, прошло гораздо больше времени.

Она подтолкнула мне корзинку с хлебными палочками.

– Я не собираюсь впадать в шоковое состояние – сказал я.

– Ради меня, – сказала она и пустила в дело ту улыбку и взгляд, которые всегда срабатывали.

– Тьфу ты, – проворчал я, взявшись за хлебную палочку.

– Хороший мальчик, – рассмеялась она.

Жуя хлеб, я мрачно посмотрел на нее.

– Не знаю, как ты можешь к этому так спокойно относиться, – сказала она. – Ты даже не выглядишь потрясенным. Нормальный человек… – она покачала головой. – Но ты ведь не совсем нормальный, да?

Я покачал головой и сглотнул.

– Самый нормальный из всех, кого знаю.

– Все считают себя нормальными.

– А ты? – возразил я. Она поджала губы.

– Вот именно, – сказал я. – И ты хотя бы подумываешь о том, чтобы ответить хоть на какой-нибудь из моих вопросов или это даже не рассматривается?

– Всё зависит от вопроса.

– Ну так назови хоть один, какой мне позволено задать.

Она все еще размышляла над моим предложением, когда официант вышел из-за перегородки, неся мой заказ. Я понял, что мы с Эдит неосознанно наклонились друг к другу через стол, поскольку, когда парень подошел, мы оба выпрямились. Он поставил передо мной блюдо – оно выглядело весьма аппетитно – и быстро повернулся к Эдит.

– Вы не передумали? – спросил он. – Могу я предложить вам хоть что-нибудь? – не думаю, что двусмысленность этих слов была лишь плодом моего воображения.

– Было бы неплохо еще колы, – сказала она, указывая на пустые стаканы, но не отводя взгляда от меня.

Теперь официант уставился мне в лицо, и я видел, что он задается вопросом, почему такая девушка, как Эдит, смотрит вот так на кого-то вроде меня. Что ж, мне это тоже кажется загадкой.

Он схватил стаканы и зашагал прочь.

– Представляю, сколько у тебя ко мне вопросов, – пробормотала Эдит.

– Всего-навсего пара тысяч, – сказал я.

– Не сомневаюсь… Могу я сначала кое о чем тебя спросить? Это будет не слишком несправедливо?

 

Означало ли это, что она собирается отвечать на мои вопросы? Я охотно согласился:

– Что ты хочешь знать?

Теперь она буравила взглядом стол, ее глаза были скрыты за черными ресницами, а волосы упали вперед, загородив почти все лицо.

Ее слова прозвучали не громче шепота:

– Мы уже говорили о твоих… попытках выяснить, что я собой представляю. Мне просто интересно, продвинулся ли ты в этом.

Я не ответил, и она наконец посмотрела на меня. Я вновь порадовался шарфу, хотя он не мог скрыть красноту, уже поднимавшуюся, судя по моим ощущениям, к лицу.

Что ей сказать? Продвинулся ли я? Или просто наткнулся на другую версию, еще глупее радиоактивных пауков? Как решиться произнести вслух то слово, о котором я весь вечер старался не думать?

Не знаю, что было написано у меня на лице, но взгляд Эдит внезапно смягчился.

– Значит, все настолько плохо? – спросила она.

– Могу я… можем мы не обсуждать это здесь? – я покосился на тонкую перегородку, отделявшую нас от остального ресторана.

– Очень плохо, – пробормотала она скорее самой себе. В ее глазах читалось что-то очень грустное и… почти старое. Усталость, поражение. Больно было видеть ее несчастной.

– Ну, – сказал я, пытаясь придать голосу бодрость, – просто если я вначале отвечу на твой вопрос, то не получу ответа на свой. Ты никогда не отвечаешь. Так что… ты первая.

Ее лицо расслабилось:

– Значит, обмен?

– Да.

Вернулся официант с напитками. На этот раз он поставил их на стол без единого слова и исчез. Я подумал, уж не почувствовал ли он напряжение за столиком так же остро, как и я.

– Пожалуй, мы можем попробовать, – пробормотала Эдит. – Но ничего не обещаю.

– Хорошо… – и я начал с самого легкого: – Что привело тебя в Порт-Анджелес этим вечером?

Она опустила взгляд и аккуратно сложила руки на пустом столе перед собой. Потом посмотрела на меня из-под густых ресниц, а на ее лице появилось подобие улыбки. 

– Дальше, – сказала она.

– Но это же был самый простой вопрос!

Она пожала плечами:

– Дальше.

Я разочарованно опустил взгляд. Развернув столовые приборы, я взял вилку и аккуратно подцепил равиоли. Все еще не поднимая глаз, неторопливо жевал и размышлял. Грибы оказались вкусными. Я проглотил и запил колой, а потом посмотрел на Эдит.

– Ну ладно, – и я медленно продолжил, уставившись на нее: – Предположим, чисто гипотетически, что кто-то может знать, о чем думают другие люди, то есть читает мысли – только за несколькими исключениями, – это прозвучало так глупо. Она ни за что не ответит, если даже на первый вопрос не стала... 

Но она спокойно встретила мой взгляд и сказала:

– Только за одним исключением. Гипотетически.

Вот черт.

Мне понадобилось около минуты, чтобы прийти в себя. Эдит терпеливо ждала.

– Хорошо, – я старался говорить непринужденно. – Значит, только за одним исключением. Как это работает? В каких пределах? Каким образом этот… кто-то… мог бы найти кого-то другого точно в нужное время? Как она вообще узнала, что я попал в беду? – мои сбивчивые вопросы постепенно становились совсем непонятными.

– Гипотетически? – спросила Эдит.

– Именно.

– Хорошо. Если бы… эта кто-то…

 – Назовем ее Джейн, – предложил я.

Она невесело улыбнулась:

– Если бы твоя Гипотетическая Джейн была внимательнее, ей не пришлось бы появляться так своевременно, – Эдит закатила глаза. – Я до сих пор не в состоянии понять, как это вообще могло произойти. Как у кого-то получается настолько систематически влипать в такие большие неприятности, причем там, где это наименее вероятно? Знаешь, ты испортил бы криминальную статистику Порт-Анджелеса за десять лет.

– Не вижу в этом своей вины.

Она посмотрела на меня со знакомым разочарованием в глазах:

– Я тоже. Но не знаю, на кого в таком случае возложить ответственность.

– Как ты узнала?

Эдит посмотрела мне прямо в глаза, словно не зная, на что решиться, и я догадался, что она борется с желанием просто сказать мне правду.

– Знаешь, мне ты можешь доверять, – прошептал я и медленно потянулся, чтобы положить ладонь поверх ее рук, но она отодвинула их на дюйм, и моя рука опустилась на стол.

– Я хочу доверять тебе, – призналась она, и голос ее прозвучал еще тише, чем мой. – Но не уверена, что это разумное желание.

– Пожалуйста? – попросил я.

Секунду-другую она колебалась, а потом быстро заговорила:

– Я ехала за тобой до Порт-Анджелеса. До этого я никогда не пыталась сохранить жизнь конкретному человеку, и это оказалось намного хлопотнее, чем я думала. Но, вероятно, только потому, что это ты. Обычные люди, кажется, живут без такого количества катастроф. Я ошибалась, когда говорила, что ты магнит для неприятностей. Это недостаточно ёмкое определение. Ты магнит для бед. Если в радиусе десяти миль есть какая-нибудь опасность, то она обязательно тебя найдет.

То, что она следила за мной, совсем меня не обеспокоило; вместо этого я ощутил странный всплеск удовольствия. Она оказалась здесь ради меня. Эдит смотрела на меня в ожидании реакции.

Я думал о том, что она сказала – и этим вечером, и раньше. «Как ты считаешь, а я могу быть жуткой?»

– Ты и себя относишь к числу опасностей, не так ли? – догадался я.

Выражение ее лица стало жёстким и безэмоциональным:

– Однозначно.

Я еще раз потянулся к ней через стол, не обращая внимания на то, что она снова слегка отстранилась, и накрыл ладонью ее руки. Они не двигались и потому казались похожими на камень – холодные, твердые, а теперь и застывшие. Я снова подумал о статуе.

– Ты спасла меня уже дважды, – сказал я. – Спасибо.

Она хмуро смотрела на меня, поджав губы. 

Я попытался разрядить обстановку шуткой:

– Тебе никогда не приходило в голову, что, возможно, я был обречен уже в первый раз, в инциденте с фургоном, а ты мешаешь судьбе? Как в тех фильмах из серии «Пункт назначения»?

Шутка не удалась. Эдит еще сильнее помрачнела.

– Эдит? 

Она снова опустила голову, волосы упали на щеки, и я едва расслышал ответ:

– Тогда был не первый раз, – сказала она. – Ты был обречен уже в тот день, когда мы впервые встретились. И чуть не погиб не дважды, а трижды. В самый первый раз я спасла тебя… от самой себя.

Словно снова оказавшись на своем первом уроке биологии, я отчетливо вспомнил убийственное выражение черных глаз Эдит. Фразу, промелькнувшую в тот момент у меня в голове – о том, что можно испепелить взглядом.

– Помнишь? – спросила она и пристально посмотрела на меня. Ее идеальное лицо было очень серьезным. – Понимаешь?

– Да. 

 Она ждала еще чего-то, какой-то другой реакции. И нахмурила брови, когда я больше ничего не сказал.

  – Знаешь, ты ведь можешь уйти – сказала она мне. – Твои друзья еще в кино.

– Не хочу уходить.

Она внезапно разозлилась:

– Как ты можешь такое говорить?

Я похлопал ее по руке, совершенно спокойный. Ведь насчет этого я уже решил: для меня не важно, что она является кем-то… опасным. Но вот она сама важна для меня. Я хочу быть там же, где она.

– Ты не закончила отвечать на мой вопрос, – напомнил я, не обращая внимания на ее гнев. – Как ты меня нашла?

Эдит сердито смотрела на меня пару секунд, словно хотела, чтобы я тоже разозлился. Когда это не сработало, она раздраженно покачала головой и вздохнула.

– Я следила за мыслями Джереми – сказала она так, будто это было обыденным делом. – Не слишком внимательно – как я уже говорила, далеко не каждый способен умудриться быть убитым в Порт-Анджелесе. И не сразу обнаружила, что ты пошел куда-то один. Потом, осознав, что тебя больше нет рядом с Джереми, я поехала по ближайшим улицам в поисках кого-нибудь, кто тебя видел. Нашла книжный магазин, к которому ты приближался, но поняла, что ты туда даже не зашел. Ты направился на юг, и я знала, что скоро тебе придется повернуть обратно. Поэтому просто ждала тебя, наугад заглядывая в мысли людей в пределах слышимости, чтобы найти тех, кто тебя заметил, и определить, где ты. У меня не было причин для беспокойства… но я начала волноваться, – теперь она, погрузившись в раздумья, глядела мимо меня в пространство. – Я начала ездить кругами, по-прежнему… прислушиваясь. Солнце уже садилось – наконец-то, – поэтому я приготовилась выйти из машины и искать тебя пешком. И тогда… – она вдруг остановилась и с отчетливым щелчком резко стиснула зубы.

– И тогда что?

Эдит снова посмотрела на меня:

– Я уловила ее мысли. Увидела в них твое лицо и поняла, что она собирается сделать.

– Но ты успела вовремя.

Она немного наклонила голову:

– Ты понятия не имеешь, насколько трудно мне было уехать оттуда, просто позволить им остаться безнаказанными. Знаю, что так и следовало поступить, но всё же… было очень трудно.

Я старался не представлять себе, что она сделала бы, не заставь я ее уехать. Не позволял своему воображению разыграться в этом направлении.

– Только поэтому я и уговорила тебя поужинать со мной, – призналась она. – Я могла отпустить тебя в кино с Джереми и Алленом, но боялась, что, оставшись одна, пойду искать тех людей.

Моя рука до сих пор лежала на ее. Пальцы уже начали неметь, но меня это не беспокоило. Если бы Эдит была не против, я вообще не сдвинулся бы с места. Она по-прежнему наблюдала за мной, ожидая реакции, которой никогда не последует.

Я знал, что она пытается отпугнуть меня своей честностью, но знал и то, что она зря тратит на это силы.

 Эдит глубоко вздохнула и спросила: 

– Будешь что-нибудь еще?

 Моргнув, я посмотрел на свою еду: 

– Нет, я наелся.

– Хочешь теперь поехать домой?

Я ответил не сразу: 

– Я никуда не тороплюсь.

Эдит нахмурилась, как будто мои слова ее встревожили.

– Могу я теперь получить свои руки обратно? – спросила она.

Я отдернул руку: 

– Конечно, прости.

Она косо взглянула на меня, доставая что-то из кармана: 

– Нельзя ли хотя бы пятнадцать минут провести без ненужных извинений? 

Если нет необходимости извиняться перед ней за прикосновения, означает ли это, что они ей нравятся? Или только не слишком оскорбляют?

 – Э… наверное, нет, – признал я.

Эдит рассмеялась, а потом появился официант.

– Как вы… – начал было он.

Она перебила его:

– Мы закончили, благодарю вас, этой суммы должно быть достаточно, сдачи не надо, спасибо.

Она уже встала со своего места.

Я стал нащупывать бумажник. – Э… позволь мне, ты ведь вообще ничего не…

– Я угощаю, Бо.

– Но…

– Постарайся не зацикливаться на устаревших гендерных ролях.

Эдит пошла прочь, а я бросился за ней, оставляя позади ошеломленного официанта, перед которым на столе лежало что-то, сильно напоминающее стодолларовую купюру.

Проигнорировав слова об устаревших гендерных ролях торопливо обогнал ее, чтобы открыть для нее дверь. Я знал, что Эдит способна двигаться быстрее, чем я могу себе представить, но в зале, где нас видят другие люди, вынуждена вести себя как обычная посетительница. Она поглядела на меня странно, когда я придержал для нее дверь – как будто этот жест ее трогал, но в то же время раздражал. Я решил не обращать внимания на раздражение и неуклюже обогнал Эдит, чтобы оказаться раньше нее и возле машины. Дверца открылась легко – Эдит никогда не запирала автомобиль. К этому времени по ее лицу было видно, что мое поведение ее скорее забавляет, и я счел это хорошим знаком.

Я почти побежал в сторону пассажирской стороны «вольво», ведя рукой по капоту. У меня появилось пугающее ощущение, что Эдит сожалеет о своей откровенности и может сейчас просто уехать без меня, исчезнуть в ночи. Когда я оказался в салоне, она многозначительно посмотрела на ремень безопасности, и я пристегнулся. На секунду я подумал, что она из тех, кто помешан на соблюдении правил безопасности – но тут же заметил, что сама она и не подумала пристегнуться и что мы мчимся в поредевшем потоке автомобилей безо всякого намека на осторожность с ее стороны.

 – Теперь твоя очередь, – мрачно улыбнувшись, сказала Эдит. 

 

ЧИТАТЬ ПРОДОЛЖЕНИЕ (ГЛАВА ДЕВЯТАЯ, Ч.1)

 

Перевод подготовлен командой переводчиков сайта@tr

Текст предоставлен в ознакомительных целях и не преследует коммерческой выгоды.

Обсудить у себя 1
Комментарии (1)

Супер!!! Спасибо переводчикам!

Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети:

L_a_D
L_a_D
сейчас на сайте
48 лет (01.01.1970)
Читателей: 6 Опыт: 0 Карма: 1
все 4 Мои друзья